Рекламный баннер 990x90px header-top
Рекламный баннер 990x90px header-bottom
годовщина аварии на ЧАЭС
годовщина аварии на ЧАЭС
Память будет жива...
А сколько тех, кто не выжил и не дожил до сегодняшнего дня, сколько детей не родилось.
35 лет назад, 26 апреля 1986 года, мир содрогнулся от страшной техногенной катастрофы в истории человечества – аварии на Чернобыльской атомной электростанции. Город Припять, Украинская ССР. До Киева — 150 км, до Москвы — 900.
Эта авария расценивается как крупнейшая в своем роде за всю историю атомной энергетики, как по предполагаемому количеству погибших и пострадавших от ее последствий людей, так и по экономическому ущербу. Официально утверждается, что радиоактивному воздействию после аварии подверглись 8,4 млн.человек, в том числе 2 млн.детей, более 404 тысяч стали переселенцами. Радионуклидами загрязнены 15 % территории России, 7-10 % Украины и 23 % Республики Беларусь...
Пройдет еще не один десяток лет, но авария на ЧАЭС так и останется для человечества незаживающей раной в душе.
Те, кто там побывал, неохотно делятся воспоминаниями, потому что эта боль отложилась не только на сердце, она принесла настоящие физические страдания.
Участник ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС Владимир Нахаев из села Никольское: «Призвали нас на военные сборы через районный военкомат 23 февраля 1987 года, спустя почти год после аварии. О том, куда направляют и зачем – объяснили только на красноярском пересыльном пункте. Была ли возможность отказаться – нет. Я военнообязанный, служил в погранвойсках радиотелеграфистом, Родине присягал. Есть приказ - значит надо ехать. В то время нас отбирали в основном тех, у кого были дети. У меня уже было двое сыновей – трех и семи лет. Конечно же, сообщение об отправке на ЧАЭС стало для нас всех неожиданностью, супруга об этом узнала в последний момент перед отправкой.
Когда мы работали уже на месте, мы не имели права писать о том, что делаем. Все письма прочитывались, лишние фразы из писем аккуратно вырезались.
Из Красноярска мы вылетели командой из 27 человек – солдаты и сержанты, офицеры запаса. В основном все были рабочих специальностей – водители, трактористы, бульдозеристы.
Высадились в аэропорту Борисполя. Одеты были в гимнастерки. В аэропорту было много людей в гражданском. Один спросил, откуда мы приехали. Мы ответили, что из Сибири.
- Из Сибири – значит, жити будем, - сказал старый украинец.
Добрались до Белой Церкви под Киевом, а потом на машинах нас переправили на сборный пункт в поселке Иванков. Удручающее зрелище там нас ожидало. Едем по поселку, пустые дома и улицы, брошенные автомобили, только вороны летают. Ощущение было неприятное, как будто вмиг все вымерли. Прибыли мы итоге в военный лагерь близ Черемошни. Там стоял наш полк, тысяча человек. Много полков растянулось на тридцатикилометровую зону, со всех уголков страны: украинский, московский, кавказский - много народу. Подолгу там никто не оставался.
На крыше энергоблока, где мы работали - радиационный фон 500 рентген. Две минуты нахождения на открытом воздухе – верная смерть. Человек набирал дозу облучения 25 рентген, его выводили из зоны, комиссовали. Нормальной считалась ситуация, если человек получал в день по 1-2 рентгена.
Наша задача была – чистка и ремонт крыши энергоблока. Мы его отмывали водой до бетона, перестилали рубероидом. На крышу выпускали группами по 10 человек. Солдаты и офицеры вместе, несмотря на звания. Передвигались только бегом и работали максимально быстро. На один такой выход на крышу отводилось по 30 секунд. А дальше – моечная. Отмоешься, замерят дозиметром – фонишь, идешь опять отмываться, пока фон в норму не придет. А затем переходишь в другое помещение и там переодеваешься в новое обмундирование. Работали в основном в гимнастерках, когда было холодно – в бушлатах. В зависимости от того, как падали радиационные лучи, на нас иногда надевали свинцовые фартуки.
Всего таких выходов на крышу у меня было 18. Набрал 25 рентген, отправили домой. Сразу получил инвалидность. Перенес лучевую болезнь со всем сопутствующим букетом заболеваний. Тяжело. Но пока, слава Богу, жив. Пусть, не здоров, но жив…».
А сколько тех, кто не выжил и не дожил до сегодняшнего дня, сколько детей не родилось.
26 апреля – день памяти о мужественных людях, участниках ликвидации катастрофы, отдавших свои жизни, светлая память о них будет жива в наших сердцах. Давайте, уважаемые земляки, вспомним всех, кто участвовал в укрощении страшной Чернобыльской аварии, в защите людей от распространения радиации, загрязнения и заражения десятков и сотен тысяч километров нашей земли. Давайте склоним головы перед их стойкостью и мужеством.
На фото участники ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС с женами и сотрудниками соцзащиты. Владимир Нахаев справа. Фото из архива редакции
Память будет жива...
А сколько тех, кто не выжил и не дожил до сегодняшнего дня, сколько детей не родилось.
35 лет назад, 26 апреля 1986 года, мир содрогнулся от страшной техногенной катастрофы в истории человечества – аварии на Чернобыльской атомной электростанции. Город Припять, Украинская ССР. До Киева — 150 км, до Москвы — 900.
Эта авария расценивается как крупнейшая в своем роде за всю историю атомной энергетики, как по предполагаемому количеству погибших и пострадавших от ее последствий людей, так и по экономическому ущербу. Официально утверждается, что радиоактивному воздействию после аварии подверглись 8,4 млн.человек, в том числе 2 млн.детей, более 404 тысяч стали переселенцами. Радионуклидами загрязнены 15 % территории России, 7-10 % Украины и 23 % Республики Беларусь...
Пройдет еще не один десяток лет, но авария на ЧАЭС так и останется для человечества незаживающей раной в душе.
Те, кто там побывал, неохотно делятся воспоминаниями, потому что эта боль отложилась не только на сердце, она принесла настоящие физические страдания.
Участник ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС Владимир Нахаев из села Никольское: «Призвали нас на военные сборы через районный военкомат 23 февраля 1987 года, спустя почти год после аварии. О том, куда направляют и зачем – объяснили только на красноярском пересыльном пункте. Была ли возможность отказаться – нет. Я военнообязанный, служил в погранвойсках радиотелеграфистом, Родине присягал. Есть приказ - значит надо ехать. В то время нас отбирали в основном тех, у кого были дети. У меня уже было двое сыновей – трех и семи лет. Конечно же, сообщение об отправке на ЧАЭС стало для нас всех неожиданностью, супруга об этом узнала в последний момент перед отправкой.
Когда мы работали уже на месте, мы не имели права писать о том, что делаем. Все письма прочитывались, лишние фразы из писем аккуратно вырезались.
Из Красноярска мы вылетели командой из 27 человек – солдаты и сержанты, офицеры запаса. В основном все были рабочих специальностей – водители, трактористы, бульдозеристы.
Высадились в аэропорту Борисполя. Одеты были в гимнастерки. В аэропорту было много людей в гражданском. Один спросил, откуда мы приехали. Мы ответили, что из Сибири.
- Из Сибири – значит, жити будем, - сказал старый украинец.
Добрались до Белой Церкви под Киевом, а потом на машинах нас переправили на сборный пункт в поселке Иванков. Удручающее зрелище там нас ожидало. Едем по поселку, пустые дома и улицы, брошенные автомобили, только вороны летают. Ощущение было неприятное, как будто вмиг все вымерли. Прибыли мы итоге в военный лагерь близ Черемошни. Там стоял наш полк, тысяча человек. Много полков растянулось на тридцатикилометровую зону, со всех уголков страны: украинский, московский, кавказский - много народу. Подолгу там никто не оставался.
На крыше энергоблока, где мы работали - радиационный фон 500 рентген. Две минуты нахождения на открытом воздухе – верная смерть. Человек набирал дозу облучения 25 рентген, его выводили из зоны, комиссовали. Нормальной считалась ситуация, если человек получал в день по 1-2 рентгена.
Наша задача была – чистка и ремонт крыши энергоблока. Мы его отмывали водой до бетона, перестилали рубероидом. На крышу выпускали группами по 10 человек. Солдаты и офицеры вместе, несмотря на звания. Передвигались только бегом и работали максимально быстро. На один такой выход на крышу отводилось по 30 секунд. А дальше – моечная. Отмоешься, замерят дозиметром – фонишь, идешь опять отмываться, пока фон в норму не придет. А затем переходишь в другое помещение и там переодеваешься в новое обмундирование. Работали в основном в гимнастерках, когда было холодно – в бушлатах. В зависимости от того, как падали радиационные лучи, на нас иногда надевали свинцовые фартуки.
Всего таких выходов на крышу у меня было 18. Набрал 25 рентген, отправили домой. Сразу получил инвалидность. Перенес лучевую болезнь со всем сопутствующим букетом заболеваний. Тяжело. Но пока, слава Богу, жив. Пусть, не здоров, но жив…».
А сколько тех, кто не выжил и не дожил до сегодняшнего дня, сколько детей не родилось.
26 апреля – день памяти о мужественных людях, участниках ликвидации катастрофы, отдавших свои жизни, светлая память о них будет жива в наших сердцах. Давайте, уважаемые земляки, вспомним всех, кто участвовал в укрощении страшной Чернобыльской аварии, в защите людей от распространения радиации, загрязнения и заражения десятков и сотен тысяч километров нашей земли. Давайте склоним головы перед их стойкостью и мужеством.
На фото участники ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС с женами и сотрудниками соцзащиты. Владимир Нахаев справа. Фото из архива редакции
21:47 25.04.2021 16+
Выбор редакции